Теги

Короткие платья на выпускной 2013 Милые мелочи Модные длинные юбки 2013 Модные коллекции 2013-2014 Модные куртки женские весна 2013 Модные женские джинсы с мотней 2013 Модные женские леггинсы 2013 Модные женские свитера 2013 Модные лосины 2012-2013 Модные сумки весна-лето 2013 Модные юбки 2012-2013 Модные юбки 2013 Одежда милитари 2013 Ботфорты 2013 Ветровки женские 2012-2013 Гражданский брак Джинсы с дырками 2013 Женские кардиганы 2013 Женские топы летние 2013 Женская мода и стиль Реакция мужчины на неверность женщины САРАФАНЫ ЛЕТО 2013 СТИЛЬНЫЕ САРАФАНЫ - ЛЕТО 2013 Самые модные женские сандалии весна-лето 2013 Свадебное путешествие Свадебные платья Свадебный букет Секс начинается с головы Туфли на каблуке 2013 года Что играет решающую роль в выборе мужчины? Что раздражает мужчин в женской моде Что так привлекает женщин в мужчинах? куртки пиджаки пальто первое свидание привлекать продавать женскую обувь банкетный зал для свадьбы женские шорты 2013 женская обувь запах мужчины запах женщины свадьба совместное проживание

Рекомендую

Для СМИ. Анонсы событий, новости, маркетинг, реклама, пресса.
Как приговоренный к смерти зек спас жизнь генералу МВД

Про это неповторимом случае рассказалэкс-начальник управления по выполнению санкций МВД Крыма, член крымского филиалы Интернациональной полицейской ассоциации Николай Зноев. В 1989 году в Днепропетровске произошло масштабное ЧП, попавшее в ситуацию самых сильных тюремных путчей: в пределах 3-х тыс. заключенных районного следственного изолятора, брав в заложники секьюрити, вырвались из камер, сделали погром и хотели бегать.

«Данное был мой 1 год работы в Крыму, — повествует Николай Николаевич. — Ранее я 10 лет был боссом колонии взыскательного режима Запорожской области. В 1988 году меня перевели на полуостров боссом управления по выполнению санкций МВД Крыма. А в следующем году меня и моих сотрудников из иных областей в неотложном порядке вызвали в Днепропетровск». То, что произошло ну почти в конце зимы 1989 грам. в днепропетровском следственном изоляторе, было истинным ЧП в рамках Союза — заключенные подняли путч, брав заложников. А произошло данное так.

Грубейшую погрешность разрешил дежуривший в ту смену контролер изолятора. 1 из заключенных прикинулся нездоровым и попросил поддержки, он молил вызвать медбрата. Контролер (юной на тот момент молодой человек) доложил про это дежурному ассистенту босса следственного изолятора, тот допустил вызвать медбрата. Двери камер раскрывать было невозможно — контингент в изоляторе находился очень критический. И все же контролер рискнул и впустил вовнутрь медбрата, чтоб тот исследовал заболевавшего. При всем при этом контролер дальновидно перекрыл за медработником двери на цепочку. Когда заключительный склонился над «пациентом», к его горлу была приставлена заточка.

Далее все было, как в слишком скверном триллере: зеки брали медбрата в заложники, настоятельно попросили у контролера открыть двери их камеры и дать ключи от иных. Контролер, парализованный ужасом, подчинился уголовникам. В последующие минутки 1 за иной раскрылись двери камер. Дословно через мин. 40 земля изолятора кишела тыщами заключенных. Все правоохранители, дежурившие в ту смену, были взяты в заложники.

По тревоге подняли все силы МВД Днепропетровска — изолятор окружили. Теснее в 1-ые день путча на место ЧП выгоды высокопоставленные милицейские чины со всего Союза, таким как заместитель министра внутренних дел СССР генерал-майор Петр Григорьевич Мищенков.

К тому времени путч был в самом апогее. Заключенные дочиста распотрошили медчасть, добрались до наркотиков и спирта. В последующие дни завладели и домашнюю зону, где размещались свинарники: зеки кололи свиней заточками а также полуживых поджаривали на кострах. Визг помирающих животных был так пронзительным и ужасным, что у правоохранителей стыла кровь в жилах. Впрочем взбунтовавшиеся уголовники не направляли на данное внимания, они находились в брутальной эйфории. Были открыты и дамские блоки, и осужденные совокуплялись как животные напрямик на очах у всех.

Это была масса разгоряченных неадекватных жителей нашей планеты, более подобных на необузданных зверей, у каких возникла настоящая вероятность вырваться из клеточки. И они приняли решение данное устроить: немного поползновение просочиться на свежий воздух, за границы следственного изолятора, завершились для рискнувших грустно — они были расстреляны из пулеметов. Как по другому?

Изолятор пребывал практически по центру городка. И предположить ужасно, что могло случится, если б одурманенные наркотиками и спиртным зеки взялись громить мегаполис. Ну и заведение данное в тех случаях было не из несложных. Сами дома изолятора и прилегающая земля некогда, еще в монаршие деньки, были тюрьмой. С самого ее причины практически до русских деньков тут находились даже законопреступники, приговоренные к высочайшей мере санкции — расстрелу. При этом практически до 90-х годов данный ужасный вердикт осуществлялся напрямик на местности изолятора.

А и уже представьте картину: буянили в пределах 3 тыщ зеков, наиболее СТО из их были убийцами, 10-ки приговорены к смертной экзекуции. Камеры смертников-«полосатиков» (они были одеты в особую полосатую робу) были открыты зеками во-первых — приговоренные к высочайшей мере имели из числа уголовников отличительный авторитет.

Шли третьи день, обстановка никак не стабилизировалась, лишь еще более накалялась. Правоохранители опасались, что заключенные начнут убивать заложников, хотя тех как что-нибудь удерживало, какой-то здоровый содержание. Тогда и невозможно опасное, грозящее гибелью решение принял генерал-майор Мищенков. Он принял решение пойти на переговоры с бунтовщиками. Данное была последняя мера. Могло случится что-нибудь: в лучшем случае генерала имели возможность брать в заложники, в нелучшем — уничтожить. И все же иного выхода не было.

Мищенков в сопровождении 2-ух офицеров зашел на местность изолятора. Зеки застыли от изумления. Генерал начал было унимать заключенных и призывать их остановить путч, хотя слова милиционеров на мятежников работали как красноватая тряпка на быка. Они здесь ведь оттеснили офицеров и повели генерала в здание, где лежали погибшие и раненные правоохранителями зеки, которые, пытаясь перелезть через забор, возымели пулю.

Генерал знал, на что намекали заключенные: типа, кровь за кровь. Мищенков, не понимая, как разрядить ситуацию, неожиданно заметил в массе смертников в полосатых одеждах и начал говорить про то, что не так давно был в Финляндии, где отложена смертная казнь, и что в Союзе также дискутируется данный вопросец.

Затронускрывая тема чуть-чуть отвлекла разъяренных зеков. Они начали слушать генерала, как неожиданно какой-то из них бросился на Мищенкова с холодными оружиями. В эту же секунду к атакующему подпрыгнул 1 из смертников и выбил ножик из его руки. Данное был абсолютно необъяснимый поступок, кроме того и для самого заключенного, приговоренного к расстрелу за множественные убийства.

«Все случилось незамедлительно, — ведает Зноев. — Времени продумать обстановку, особенно узреть в ней некие интересные для себя стороны у заключенного-смертника не было. Тут просто сработал инстинкт обороны жителя нашей планеты, коему грозила опасность. Так что-нибудь человеческое в нем все-таки осталось».

Поступок влиятельного смертника был понят и принят в отсутствии словечек: генерала усадили в «Волгу», коя присутствовала в периметре изолятора, и подвезли к «шлюзу» (к выходу из тюрьмы). В последующие дни зеки разошлись по камерам, путч улегся.

Смертник, выручивший генерала, был помилован. Верховный трибунал СССР поменял высочайшую меру санкции 15 годами решения. Вот так генерал МВД оказался должен жизнью убийце-рецидивисту.

«Буквально в следующем году опосля несчастного случая в днепропетровском следственном изоляторе и у нас в Крыму, в колонии совокупного режима (среди народа «восьмерка»), коя пребывает в Симферополе, вышло не это масштабное, хотя также ЧП», — ведает Николай Зноев.

В офисе босса управления по выполнению санкций МВД Крыма раздался звонок: «Николай Николаевич, у нас ЧП — уничтожили жителя нашей планеты!» — вопил в трубку босс колонии совместного режима.

Как оказывается, часовой застрелил проникшего через 2 забора (вежливый и забор-маску) уроженца. В скором времени установили и персона убитого: им оказался 27-летний обитатель местечка ГРЭС, не так издавна вышедший из колонии на свободу. Посиживал он за наркотики. В последствии освобождения юноша стал поставлять зелье в тюрьму. Делал он данное, кидая передачи за забор на землю колонии. К пакету с наркотиками крепился груз, и он с успехом перелетал все инженерно-технические средства охраны и приземлялся в подходящем месте. Точно так же заключенные здесь ведь перебрасывали наркодилеру наличные средства.

В тот день заключительный сработал по обычной схеме: удачно перебросил наркотики в зону, хотя вот зеки пакет с наличными средствами не докинули — он рухнул меж главным изгородью (наверное близкий к периметру колонии) и забором-маской (2-ой опосля наружного). Тогда и генпоставщик наркотиков перелез вежливый забор, вскарабкался на забор-маску, подождал, пока же часовой отвернется, спрыгнул вниз, подбежал к главному забору, поймал наличные средства и начал было вновь вскарабкиваться на забор, как его засек часовой. Как в последующие дни повествовал заключительный, повернувшись, он заметил эту картину: заключенный пробует перелезть через забор-маску и бегать. В таком случае он имел абсолютное право стрелять.

Как скоро во всем разобрались, часового наказывать не стали, ибо тот ничего преступного не устроил, напротив, сработал мастерски. Как говориться, все было по справедливости.

«Я вообщем за справедливость во всем, — разговаривает Зноев. — В тюрьме также люди посиживают, к ним надо относиться по-человечески, наказывая правосудно». Николай Николаевич ни разу не позабудет 1 не совершенно обыденную встречу. Как скоро Зноев действовал боссом колонии сурового режима в Запорожье, туда попал 1 симферополец.

Тогда уже всех несколько раз судимых крымчан обращали конкретно в Запорожье (симферопольская колония совместного режима была создана для согрешивших первый раз). Имя у осужденного была звучная — Офицеров. Хотя не совсем только именем запомнился Зноеву данный человек, был он непомерного подъема и имел 48-й объем ноги.

Благо на тот момент сообща с Офицеровым посиживал сапожник с воистину золотыми руками, он из кусочков кожи смастерил верзиле ботинки. «Удовлетворительным молодым человеком был Офицеров, истина, имел лихой характер, пару раз посиживал за хулиганство, слишком кулаками помахать предпочитал, — сообщает Зноев. — В последствии Запорожья меня перевели в Крым, и тут когда-то иду я по мосту через Салгир от главка в облисполком, а навстречу Офицеров.

Как заметил меня, немного не полез обниматься. Задаю вопросы, как ты, где ты? Женился? Машет головой, дескать, нет, не образумливался еще. Заявил, что освободился не так давно, и начал колонию припоминать. Что дивно, как следует вспоминал, в отсутствии обид. На прощание заявил мне, что я был «владельцем» зоны, но не ментом. Данное на их жаргоне значит, что на собственном месте был и все по справедливости делал. Сознаться, гораздо лучшей оценки собственной работы и вовсе не пожелаешь. Практически никакие медали и грамоты таковых словечек не сменят».

Нашли орфографическую оплошность? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter   

Редакция «УК» может помочь защитить ваши права и реконструировать справедливость!


Написать комментарий
Вы должны войти чтобы добавить комментарий.
 
Copyright © 2010 - 2013 All about women Все права защищены |